Московская консерватория начала цикл концертов на реставрированном органе Большого зала. Честь первому выступить с сольной программой выпала профессору Парижской консерватории Мишелю Бувару. Пестрый репертуар, охватывающий произведения от XVIII до конца XX века, позволил органисту продемонстрировать свою виртуозность, а инструменту — тембровое богатство. Реакция публики, заполнившей БЗК до отказа, подтвердила: этого события действительно ждали.
Государственную значимость мероприятия подчеркнул министр культуры Владимир Мединский в своем вступительном слове.
— У нас есть уникальная возможность услышать этот один из лучших в мире органов. В столице есть камерные органы, есть большой современный орган, но такого исторического, классического инструмента у нас долгое время не было. И вот он к нам вернулся. Это та жемчужина, которой в музыкальной короне Москвы не хватало.
Концерт Мишеля Бувара стал первым серьезным испытанием для возрожденного гиганта. После короткой презентации 17 декабря («Известия» рассказывали о ней) работы еще продолжались. И двухчасовое выступление французского органиста должно было доказать, что инструмент теперь действительно готов к интенсивной деятельности. Учитывая, что никаких неожиданностей во время звучания не было (разве что неуместные аплодисменты между частями, но тут уж орган не виноват), можно сказать, что мастера с задачей справились.
Бувар ожидаемо сделал акцент на французский репертуар. Инструменты Кавайе-Коля относятся к французскому типу симфонических органов и наиболее хороши в ярких, полных колористических эффектов сочинениях XIX – начала XX века. Adagio из Симфонии № 3 Луи Вьерна и Хорал № 2 Сезара Франка стали тому наглядными примерами.
Одно из главных свойств любого крупного органа — выбор регистров, то есть возможность одну и ту же ноту исполнить разными тембрами. Инструмент БЗК в этом плане особенно хорош: 50 регистров дают широчайшие возможности для интерпретации. В распоряжении исполнителя — от нежнейших, почти бестелесных красок до резких пронзительных звуков; от ощущаемой скорее телом, чем ухом, вибрации на нижних нотах до флейтовых свистов.
Во многом благодаря этому двухчасовая программа воспринималась без утомления: главный герой вечера представал перед публикой во все новых и новых «масках». Нашлось место и строгой торжественности баховской прелюдии и фуги соль минор, и театральной яркости «Серьезных вариаций» Мендельсона, и изысканному импрессионизму французов XX века — Марселя Дюпре, Жана Ариста Алена, Мориса Дюрюфле и Жана Бувара, деда Мишеля.
Следующее явление органа БЗК перед публикой состоится 28 января — теперь уже на сольном вечере российского органиста Константина Волостнова.
Оставить комментарий