Черта нашего времени – государство и общество словно наперегонки стараются исправить или хотя бы по возможности подправить трагические ошибки прошлого, очистить нашу историю от кровавых итогов разного рода перегибов. В числе таких пронзительных страниц – самосудный расстрел, по сути – убийство поэта, воина и путешественника Николая Гумилёва. В прошлом году минуло 100 лет со дня этой страшной даты и исполнилось 135 лет со дня рождения одного из гениальных творцов русской словесности. У поэта нет места захоронения, отсутствует могила. Есть только предположительное место расстрела – участок на Ржевском полигоне, называемый Ковалевский лес. Общественность билась за то, чтобы наконец установить памятник в полный рост на родине Гумилева – в Кронштадте.
Потребовалось три десятилетия, пока инициатива об установке памятника поэту была услышана чиновниками. Инициатива исходила от кронштадтских краеведов ( Виктор Ушаков, Владимир Шатров, Владимир Андреев), Петербургского общества памяти Гумилева, возглавляемого Анатолием Долево-Добровольским, выпустившим в 2005 первый том лекций из цикла «Семья Гумилевых» – «Николай Гумилев: поэт и воин». В последующие годы им опубликованы несколько монографий, посвященных жизни и творчеству семьи Гумилёвых. В 2010-х годах к этой инициативе присоединилось Гумилевское общество.
И после долгих лет поиска справедливости в конце прошлого года вдруг, точно в пожарном порядке, администрация Кронштадта объявила конкурс проектов памятника, но сроки ему назначены спринтерские. Так, поручение главы Кронштадта о проведении конкурса эскизов памятника Николаю Гумилеву вышло 22 октября, меньше месяца отвели на прием заявок, а представить эскизы соискателей обязали уже к 30 ноября. Выставка эскизных проектов прошла в декабре.
Но можно ли выносить и выверить монументальную идею в такие сроки? Тем не менее, нашлось несколько эрудированных и эмоциональных творцов, которые взялись за эту пожарную идею и представили на обсуждение общественности свои наработки. Правда, саму общественность на обсуждение проектов памятника позвать не успели. И вот уже проект выбран. Можно радоваться? Как бы не так – народ хотел видеть памятник любимому поэту в полный рост – ведь Гумилев – человек простора, путешественник, путник в прямом и переносном смысле слова. Однако высокое жюри выбрало бюст. И это при том, что в стране уже есть четыре бюста Гумилеву.
Общественность, которая, собственно, и породила идею памятника, то есть была фактическим его заказчиком и не один десяток лет радела об увековечивании памяти поэта, ужаснулась выбору академиков. Мнение государственной комиссии и тех, кто своим энтузиазмом породил идею монументального творения, разошлись радикально. Нужно отметить, что цели авторов памятника соответствовали условиям, в которых им было предложено работать и были минимальными: добиться портретного сходства. В чём и преуспели несколько работ.
Один бюст поэта работы скульптора Екатерины Пильниковой оказался победителем с точки зрения официального жюри. Общественность же отдала свой голос и сердце совсем иной работе. В разных доступных формах шло голосование – на платформе ФБ, на очных встречах, по теме высказались члены Гумилевского общества, Гумилевского фестиваля и других организаций, а также было написано и опубликовано в интернете коллективное письмо с просьбой пересмотреть итоги конкурса – более двухсот человек высказались против бюста и за установление памятника в полный рост. Отчего же официальная комиссия отдала предпочтение вполне академической работе, в которой представлен скромный бюст?
Такого рода отображение могло бы быть уместно для сына Николая Гумилева – Льва Николаевича, который был академическим учёным. Но Николай Гумилёв славен своим движением – он человек порыва, действия, пути! Чего стоит один его «Жираф»! И скульптурный образ такого человека должен соотноситься с простором, дышать воздухом пространств. Народное голосование Кронштадта выбрало проект ростовой сидящей фигуры, соотносимой и рифмующейся с ландшафтом города, ее авторы – скульптор Анастасия Лужина и архитектор Григорий Лысак. Этот проект получил третье место от жюри, но первое у активистов.
В январские праздничные дни набирало обороты обсуждение и протест общественности страны, в числе которой – литературоведы и культурологи, писатели и журналисты, общественные деятели — Игорь Волгин, Юрий Кублановский, Мария Ватутина, академик Аполлон Давидсон, профессор Владимир Коллонтай и другие. Они настаивают на том, что великий русский поэт заслужил, наконец, достойную, соразмерную память.
Оставить комментарий