Художественный руководитель столичного театра имени Пушкина Евгений Писарев после Шекспира и Мольера, Бомарше и Островского взялся за Григория Горина. Причем за одно из самых сложных произведений писателя и драматурга — пьесу «Дом, который построил Свифт». Кто сегодня знает, кто такие йеху и гуингнмы? Что и кому говорит слово «лапутяне»? В лучшем случае знают Гулливера и лилипутов. Это что касается произведений знаменитого писателя-сатирика и памфлетиста, священнослужителя и декана Собора святого Патрика в Дублине Джонатана Свифта. В пьесе Горина фигурирует психиатр Доктор Симпсон, но сейчас и Симпсоны — другие. Герои мультфильмов. В век коммерческого искусства взяться за другого сатирика, философа-иносказателя советских времен Григория Горина? Когда, казалось бы, все монополизировал — и удачно — Марк Захаров. И даже снял фильм по горинской пьесе «Дом, который построил Свифт». Судьба этого фильма не позволила ему встать в ряд народных любимцев наряду с тем же Мюнхаузеном. Но поставить эту пьесу сегодня в театре, и не в «Ленкоме»? Что это? Это — абсолютно правильное и смелое решение Евгения Писарева. Потому что есть искусство, над которым времена не властны. Вслушайтесь только в монолог из пьесы:
«Время изменилось, сэр. Кто сейчас реагирует на намеки и подтексты, которыми так славился декан? Все все давно понимают, и уже ничто никому не кажется смешным… Атрофировалась совесть! Вот что терзает душу Свифта. Вы подозреваете, что здесь может произойти убийство? Оно уже происходит! Для этого не нужно ножа или яда. Можно убивать непониманием. Ежесекундно, планомерно, не нарушая закона… Если бы определить одним словом, как поставил Писарев «Свифта», то можно выбрать слово «изящно». А потом добавить бы — тонко и стильно. Без пошлости и выпячиваний, без ненужных громких «спецэффектов». Можно сказать, что этот спектакль свидетельствует о переходе режиссера в его творчестве на новую ступень. Конечно, он слегка изменил, а точнее сказать — адаптировал пьесу. Но он сумел передать горинскую мудрость и иронию, грусть и глубокую философию. Каждый артист в постановке буквально пропитан ими. И когда эти люди выходят на поклоны, чувствуешь, что за это время успел полюбить и их, и сыгранных ими персонажей.
Смешных лилипутов (Алексей Рахманов и Игорь Теплов), которые постоянно меряются, кто из них выше ростом и кто больше любит крошку Бетти. Один из них тонет в чашке чая. Как раз после того, как становится известно, что он носил обувь с каблуками и стельками, которые «увеличивали» его рост. Или великана Глю, достоверно сыгранного Григорием Сиятвиндой. Когда слышишь его историю — о том, как он стремился уменьшиться, кланяясь и приседая, как делают все люди, и это ему удавалось, сожаление охватывает сердце. Потому что начинаешь думать о том, как обыватели не хотят расти — подняться над собой, развиваться.
Не менее сильно воздействуют сцены с Мистером Некто (Александр Дмитриев) и Охранником (Александр Матросов). Мистер Некто живет уже тысячи лет. И он становится проводником туповатого охранника по всем его жизням. Он вводит рыжеусого громилу в состояние наподобие гипноза, и того настигает прозрение — ведь он во всех своих жизнях был одинаков. Молчал, охранял, потворствовал…
Сам Свифт (Андрей Заводюк), представленный в постановке, поначалу кажется слишком легковесным для такого титана мысли. Но потом, когда речь заходит о том, что зритель не знает, кто перед ним — философ или артист, становится понятно, что лучшей кандидатуры было не найти. Он молчит по-актерски. А говорит по-философски. И эта смесь жанров привлекает. В пьесе есть и любовная линия — как же без нее. Как и многие мужчины, Свифт всю жизнь метался между двумя женщинами. Стелла или Ванесса, Ванесса или Стелла? Сиделка или мечта, греза или медсестра? Это женское противоречие-противостояние, сыгранное Анастасией Паниной и Анной Кармаковой, как нельзя лучше раскрывает природу отношений между мужчиной и женщиной. С долей сатиры и без всякого мелодраматизма.
Евгений Писарев вывел в спектакле свое актерское альтер-эго — человека будущего — экскурсовода в исполнении Алексея Воропанова. В этой роли похожий на режиссера Алексей выглядит слегка сумасшедшим. Хотя сумасшедшим по правилам игры должен быть как раз Свифт — именно его надлежит излечить правильному доктору Симпсону (Антон Феоктистов). Доктор Симпсон в пьесе — олицетворение всех тех людей, что не читал Свифта, не читал Горина и считает свою жизнь нормальной без этого. Они так скучны, что, когда со сцены звучит реплика дворецкого — не святого Патрика (Сергей Миллер): «У нас радость — доктор сошел с ума» — по залу проносится вздох облегчения.
По форме спектакль «Дом, который построил Свифт» — самый скромный из тех, что сегодня можно увидеть в театре Пушкина. И правильно: горинскому тексту добавления не нужны. Нужно что-то, что его бы правильно оттеняло. И эти оттенки найдены (в частности, и бессменным художником-постановщиком театра, соавтором режиссера Зиновием Марголиным). В спектакле сделано все для того, чтобы горинский Свифт был услышанным. И оттого, что слышишь эту грусть, иронию и юмор, вызванные несовершенством мира, с одной стороны, становится печально. С другой — очень спокойно и надежно. Ведь в театре как раз во время спектакля находится умный собеседник, который тебя понимает. Как никто другой.
Оставить комментарий