Имя Люка Бессона давно стало для публики знаком чего-то гарантированно завлекательного, а иногда и оригинального. После коммерческих неудач последнего времени французский enfant terrible решил вступить в хорошо знакомую, давно отработанную воду — снял нечто вроде успешной «Никиты» 1990 года, но теперь — под именем «Анна». В мире картину приняли аплодисментами, смешанными со свистом.
Интересно, что после «Курска», где он выступил продюсером, Бессон снова обратился к русскому материалу — уже как сценарист и режиссер. Тщательности в деталях здесь ничуть не больше — ну так ведь и жанр иной: вместо реальной драмы — залихватский, частично комедийный боевик о секс-бомбе, ставшей агентом сразу двух спецслужб — советской и американской. Так что не будем удивляться, что действие происходит то в ресторане «Главпивторг», то в Банке Советского Союза, а Москва 90-х снята в антураже лубочного Измайлова эпохи Лужкова и сияющих фасадов эпохи Собянина: важно, чтоб было эффектно.
Русский дух фильма поддерживает участие московской экс-модели Саши Лусс в заглавной роли и российского суперстара Александра Петрова в небольшой роли ее бойфренда — мелкого бандита и ходячего воплощения идеи семейного насилия. А также в значительной мере и Хелен Миррен — Елены Мироновой — в роли Ольги, шефа Анны в КГБ и подобии всевидящей М из «бондиады». Для Миррен этот фильм — проходная забава, что видно в каждом кадре с ее участием; Петров скорее отрабатывает гонорар, а для Лусс фильм должен стать трамплином в большой мировой «экшн»: хрупкой модели предстояло крушить легионы дюжих гэбистов, отстреливать на бегу спецагентов и приканчивать вилкой противника, вооруженного плевательницей, — ее героиню используют как «ключ, способный открывать все двери». Не могу судить насчет актерской техники, но техникой хореографического боя она овладела неплохо: многочисленные эпизоды как поединков, так и массовых побоищ выглядят по-балетному элегантно.
Американские спецслужбы представлены Киллианом Мэрфи в роли агента ЦРУ в Париже и потенциального любовника Анны. У него есть достойный соперник — Алексей, агент КГБ, вытащивший Анну из пучины невзгод, ее завербовавший и закрутивший с ней жаркий роман (Люк Эванс). Легко предвидеть, что они сойдутся лицом к лицу при более чем накаленных обстоятельствах. Оба актера стараются, хотя и безуспешно, обогатить чистый «экшн» хотя бы подобием психологических сложностей.
Понимая, что линейность повествования свела бы картину к вторичной, если не третичной банальщине, Бессон перемешал времена действия, как карты в колоде — мы переносимся на месяцы и годы вперед-назад с периодичностью часового маятника. Это снабжает каждую загадку фильма все объясняющей отмычкой — но с мучительной оттяжечкой: так хозяин Каштанки в чеховском рассказе вытягивал из нее на нитке уже почти проглоченный кусочек мяса. Фильм начнется прологом с таинственными арестами невинных особ на улицах Москвы, и только ближе к финалу мы узнаем, что это русские спецслужбы замели агентов ЦРУ, полностью оголив поляну и переиграв американцев по всем статьям. Даже эпизод первой встречи с Анной, торгующей в Измайлово матрешками, по логике сюжета потом найдет свое место где-то в середине действия. И так все два часа фильм будет нас раскачивать, вознося к небесам и ухая в бездны, как на американских горках. Это задумано как его достоинство, но стало скорее недостатком: горки не случайно делают короткими — чтобы нас не укачало до скуки. А фильм, честно говоря, к этому приблизился вплотную.По части развесистой клюквы «Анна» далеко перекрыла все рекорды ранее виденных «русских сюжетов» мирового кино. Экзотичные нравы и навыки спецслужб больше напоминают черный юмор мультипликационных ужастиков с отрубанием указательных пальцев и аккуратно упакованными отрезанными головами при полном макияже; русская натура представлена хладнокровной безжалостностью героини, оставляющей после себя горы трупов, и штормовой эротикой все сметающих сексуальных натисков. У Анны множество обличий, она беспрерывно меняет парики, амплуа и сексуальные ориентации — воображение автора явно питала идея русской матрешки, где одна невинная на вид кукла таит в своем чреве целый выводок монструозных созданий. Попутно автор отдает должное красоте русских женщин, их интеллекту, физической выносливости и способности не только остановить коня на скаку, но и процитировать Чехова и Каспарова, перед решающим выстрелом объявив противнику мат. Похоже, что обвиненный по ходу кампании #MeToo в домогательствах Бессон хочет себя реабилитировать, сняв феминистский вариант «бондиады»
Оставить комментарий