«Абсолютно неправильным считаю, что в историю с деньгами вмешали маленького Платона, но есть законы, а они не поддаются эмоциям. Есть правила, подписанные контракты, обязательства и сумма, которую необходимо вернуть. Другой вопрос, как она будет возвращаться. До тех пор, пока с семьи Жанны будут требовать эти деньги, мира между ними не будет. Сумм таких у них нет, покрывать они эти долги не смогут. Дом они никогда не продадут, потому что нет согласия. Все это сложно. Проще простить уже этот долг», – дал свою оценку ситуации Олег.
«Могу сказать точно, что когда у отца при его жизни уходит ребенок, конечно, разум в какой-то мере теряется. Я потерял собственного сына пять лет назад. И что я творил в этот момент – одному Богу известно. Слова, которые Владимир Борисович говорил, говорит и будет продолжать говорить – это, скорее всего, не он, а боль, которая живет в нем. Поверьте мне как человеку, который через это проходит каждый день, боль эта ни с днями, ни с годами не утихает. Становится только хуже», – рассуждает писатель.
Рой считает подобное поведение отца Жанны не чем иным, как защитной реакцией на тяжелейший стресс: «Каждый находит способ, чтобы хоть как-то от этого отвлечься и оградиться. Владимир Фриске делает это посредством агрессии. Он ищет логику там, где ее нет. И именно пронзающая боль подсказывает ему самый простой и самый доступный вариант».
«Он не рассматривает то, что Жанна жила довольно непростой жизнью актрисы и певицы, человека, который всегда был на виду. Это вечные нервы, графики, гастроли. В любом случае существует большая вероятность подорвать здоровье при таком жизненном ритме. Владимир Борисович выбрал самый легкий, самый оправданный и самый близкий для него путь», — завершил мысль Олег Рой.
Оставить комментарий