«Крестная мама» режиссера Жан-Поля Саломе с Изабель Юппер в главной роли — необычный фильм в полуубитом эпидемией прокате. Почти забытые качества французского кино обнаружил в этом фильме Андрей Плахов.
Его героиня — женщина без возраста, таково уже довольно давно амплуа 67-летней Юппер — работает переводчицей в парижской полиции. Она переводит с арабского прослушиваемые стражами порядка телефонные разговоры наркоторговцев и натыкается на информацию о невостребованной крупной партии марокканского гашиша. Тогда мадам Пасьянс Портефе (что во французском созвучно словосочетанию «кошелек терпения») приходит в голову, что не всю прослушку следует переводить легавым, а кое-что можно приберечь и для себя, чтобы решить накопившиеся в жизни проблемы.
В самом деле, не много ли на нее свалилось? Покойный муж, бывший не вполне в ладах с законом, оставил нешуточные долги. Мать, для которой приходится оплачивать дорогой дом престарелых, и это еще не все. Так что героиня надевает хиджаб, ярко красит губы и, почти неузнаваемо преобразившись, пускается вместе с собакой-ищейкой по кличке ДНК во все тяжкие: вступает в игру со звероватыми, но туповатыми арабскими наркодилерами, чтобы оприходовать, спрятать, а потом реализовать криминальный товар.
В этом фильме два очевидных плюса. Первый — харизматичная актриса, для которой найден удачный поворот ее базового амплуа. Юппер прославилась в ролях холодных, имморальных, внутренне травмированных женщин, склонных к инцесту, мазохизму, сексуальному манипулированию и даже убийству. Но тип инфернальной «фам фаталь» уходит в прошлое и, скажем, в фильме «Она» Пола Верхувена представлен уже с сильной приправой сарказма. Сама Изабель Юппер еще со времен бравурных «8 женщин» Франсуа Озона доказала, что ее лицедейский талант не чужд комедийных красок. «Крестная мама» дает актрисе возможность это еще раз блистательно подтвердить. И вот хрупкая маленькая Юппер в хиджабе уже таскает огромные мешки с наркотой — что само по себе выдающееся комедийное зрелище.
Второй плюс фильма — полное пренебрежение политкорректностью, феминистской повесткой, новой этикой и прочими заморочками, грозящими искусству цензурной кастрацией. В «Крестной маме» не говорится, что «преступники не имеют национальности». Потому что она, национальность, есть, ведь наркодилеры не просто так изъясняются по-арабски. Но — и тут нельзя не восхититься тонким ходом — пополнившая ряды криминалитета мадам Портефе говорит со своей престарелой мамашей на языке, похожем на идиш, и это тоже наводит на размышления.
Другая скользкая тема — нашествие китайцев. Ими полностью заселен парижский дом, в котором обитает главная героиня, и ее дальневосточная соседка сыграет важную роль в закручивании интриги с наркогрузом. Но китайцы изображены не карикатурно, а так, что в их характеры и отношения можно поверить — разумеется, со скидкой на условности жанра.
Среди этих условностей — и то, что мы имеем право увлечься героем или героиней, чьи поступки не в ладах ни с моральным, ни с уголовным кодексом. Обаятельные мошенники и артистичные авантюристы далеко не всегда служат общественному благу, но что бы делал без них кинематограф, призванный не только воспитывать, но и развлекать?
«Крестная мама» — авантюрная комедия, которая на протяжении десятилетий была особенным жанром классического французского кино. Была, но почти перестала быть. Блеск галльского остроумия угас, легкость и бесшабашность все реже сопровождают кинематографистов, французские комедии то грешат вульгарностью и глупостью, то оказываются чопорными и вовсе не смешными. Режиссер Саломе, в чьем послужном списке есть «Арсен Люпен»,— один из немногих мастеров, все еще владеющих жанром. А когда к работе подключается Юппер, можно уверенно считать, что дело в шляпе.
Оставить комментарий